Геополитические интересы как интенсификаторы этнополитических конфликтов

В наступившем третьем тысячелетии современная цивилизация встретилась с усилением борьбы за сферы влияния различных социальных сил, блоков и союзов, этнических и конфессиональных движений. Это побуждает субъектов международных отношений использовать различные средства и способы деятельности, посредством которых артикулируются их интересы, в том числе и геополитические.

В этой ситуации, чрезвычайно важно разобраться, какую роль и значение имеют геополитические интересы в качестве детерминантов возникновения этнополитических конфликтов.

Геополитические интересы — это те интересы, которые связаны с целями доминирования, господства либо в мире в целом, либо в крупных регионах мира, а также интересы, связанные с противодействием попыткам утвердить собственное доминирование за счет принижения или ослабления другой стороны. Геополитические интересы всегда учитываются, когда возникают вопросы об оценке роли государств в системе международных отношений, при рассмотрении комплекса экономических, политических, военно-стратегических, ресурсных и других вопросов, играющих важную роль в сохранении или изменении общемирового и регионального баланса сил.

Геополитический фактор отводит центральное место географическому положению государства, т.е. территориальному началу, и предполагает наличие взаимосвязей и взаимозависимостей между державной политикой того или иного государства и той географической средой, в рамках которой оно существует. Роль геополитического фактора в генезисе регионального конфликта в современных условиях продолжает играть определяющее значение.

Характер международных отношений второй половины ХХ века был обусловлен противостоянием двух сверхдержав – США и СССР. После окончания «холодной войны» мировое сообщество вступило в период масштабных и динамичных изменений, отмеченных противоречивыми тенденциями в области международной безопасности. Однако данный процесс нельзя считать до конца завершившимся, и рано говорить о том, что уже сформировалась новая система международных отношений. Неопределенность в области безопасности, которая сохраняется, несмотря на прекращение блокового противостояния, проявляется при урегулировании этнополитических конфликтов.

C окончанием холодной войны значительно увеличилось количество конфликтов по всему миру, изменился их характер, состав участников, причины конфликтов и методы борьбы. Данные изменения вызвали необходимость пересмотра содержания понятий безопасности, конфликта, выработки новых концепций и инструментов, реформирования существующих международных институтов. Если раньше основная часть конфликтов носила межгосударственный характер, то сегодня растет число внутригосударственных (этнополитических) конфликтов. Этнополитические конфликты на современном этапе в том числе обуславливаются геополитическими факторами, что только затрудняет процессы их урегулирования.

Этнополитические конфликты конца ХХ – начала XXI века, ставшие прямым и неизбежным следствием «геополитического сдвига», обнажили все еще существующее противостояние Запада (США, Западноевропейские страны и их союзники) и России.

В данной работе анализ этнополитических конфликтов проводится с точки зрения геополитических интересов ведущих держав к конфликту. Геополитические интересы в свою очередь чаще всего обусловлены привлекательностью экономических ресурсов территории.

История международных отношений новейшего времени свидетельствует об инициировании и использовании этнополитических конфликтов в качестве важнейшего инструмента достижения геополитических целей ведущих мировых и региональных держав. К примеру, не секрет, что важнейшими стимуляторами этнополитических конфликтов на Балканах, в Ближнем Востоке, в так называемом Курдском вопросе и пр. являются геополитические интересы государств, часто расположенных на большом расстоянии от очагов конфликта.

Возможности каких-либо государств или сообществ контролировать или управлять этнополитическим конфликтом зависят как от объективных факторов, так и от характеристик этих сообществ или государств.

В этом смысле имеются следующие градации возможностей для определенной стороны, стремящейся контролировать конфликтную ситуацию:

Фактор имеет объективный характер и сам по себе не зависит от чьей-либо воли (например, в регионе конфликта объективно существуют интересы иностранных держав, обусловленные их геополитическим положением). В этом случае степень контроля зависит от умения данной стороны вычислить фактор, подготовиться к его воздействию и смягчить его негативный эффект.

Фактор отражает внутренние характеристики одной из сторон конфликта или ее союзников, например, претензии на мессианскую роль в регионе конфликта. Ясно, что источники таких претензий лежат вне досягаемости другой стороны, так что здесь действует правило, выведенное для первого случая.

Фактор отражает внутренние характеристики той самой стороны, которая должна осуществить контроль, а также ее союзников. В таком варианте все зависит от самокритичности данной стороны, ее способности взглянуть на саму себя объективно, пойти на необходимые изменения в своей собственной структуре, идеологии и политике.

Фактор вполне доступен воздействию и все зависит от технологии политических действий, т.е. навыков и умения компетентно рассчитывать баланс сил и контролировать ситуацию.

Ситуационные причины этнополитических конфликтов складываются из ряда факторов, роль которых в развитии конфликтов может быть разнонаправленной в зависимости от ряда обстоятельств (поэтому они и относятся к классу «ситуационных»).

Среди основных факторов:

историческое наследие отношений между государственными образованиями, этносами в регионе конфликта;

внешнеполитические факторы в регионе конфликта;

военно-стратегические: способность Вооруженных Сил контролировать конфликт;

этнические: характер этнической стратификации;

экономические: распределение производственных ресурсов между этносами в регионе;

внутриполитические: группировки власти и оппозиции;

поведенческие факторы-характеристики сторон конфликта: политическая культура, установки, характерные приемы политического поведения;

информационные.

Подобные восемь групп факторов обнаруживаются при сравнительном анализе конфликтов: Каталония – Испания, Молдова — Приднестровье, Сербия – Косово, Украина — Крым, Грузия — Южная Осетия, Грузия — Абхазия. Среди ситуационных факторов наиболее мощными являются исторические и территориальные: они эффективно используются для дальнейшей интенсификации конфликта.

Возвращаясь непосредственно к вопросу о геополитической детерминированности, целесообразно привести в пример Признание Россией независимости Абхазии и Южной Осетии в 2008 году.

Абхазия является стратегическим регионом, в виду соседства с Грузией, которая свою очередь, сотрудничает с НАТО. То есть России не выгодна Абхазия в составе Грузии, и, провозгласив признание независимости Абхазии, Россия тем самым отодвинула границы НАТО на 240 км. А Абхазия в настоящий момент является своего рода «буферной зоной» и плацдармом для нападения. В сущности, аналогичные мотивы присутствуют относительно Южной Осетии, т.к. на севере она граничит с Россией, а на западе, востоке и юге — с Грузией, тем самым также являясь стратегически важным регионом.

Сирийский конфликт сегодня является одним из наиболее острых с точки зрения пересечения геополитических интересов различных держав. Практически с самого начала ситуация в Сирии вышла за пределы внутренних беспорядков и приобрела международный характер.

Сирийский конфликт собрал вокруг себя сразу большое количество сторон. Так, режим Б. Асада на данный момент поддерживают такие силы как страны БРИКС — Китай, Россия, Индия, Бразилия, ЮАР, а также Иран и ряд латиноамериканских стран. Россия с самого начала оказывала помощь в виде поставок оружия правительственным силам Сирии. Также военную помощь оказывает Ирак, даже несмотря на то, что до этого в отношениях двух стран была напряженность. На стороне оппозиции выступают такие страны Запада как США, Турция, Великобритания, Франция, Саудовская Аравия и Катар.

В современном сирийском конфликте Россия заняла жесткую позицию о недопущении внешнего вмешательства. Жесткая позиция РФ основана в первую очередь на понимании того, что поддержка западных инициатив ранее ни разу не привела к положительным результатам как в вопросе разрешения того или иного конфликта, так и не принесла никакой выгоды самой России. Многомиллиардные потери, которые понесли в Ливии российские корпорации, даже несмотря на нейтральную позицию Москвы в разрешении ливийского конфликта, доказали, что Россия не рассматривается Западом как равноправный партнер. Сирия же для нее является крайне важным союзником в регионе. Помимо всего прочего там проживают тысячи бывших сограждан, которые имеют право на защиту России. Сирия сегодня стала чуть ли не единственным государством, через которое Россия может сохранить и расширить свое военное присутствие на Ближнем Востоке. Геополитическое значение Сирии для России во многом обусловлено расположением в сирийском порте Тартус единственной российской военной базы за пределами бывшего СССР, что обеспечивает России выход в Средиземное море. Этот объект находится в распоряжении России с 1971 года. Порт Тартус является не только единственным пунктом базирования российских боевых кораблей в Средиземном море, но и единственной на сегодняшний день российской военной базой в дальнем зарубежье. Учитывая то, что Россия провела модернизацию данного пункта базирования в 2009- 41 2011 гг., это также является достаточно веской причина для защиты внешнеполитических интересов России в Сирии . У России в Сирии есть также и общие экономические интересы. По данным 2010 г. объем российского экспорта в Сирию составил 1,1 млрд. долларов. В 2009 году российские инвестиции в Сирию составили почти 4,2 млрд. долл., не считая оружейных контрактов. А с преимущественно экспортом российских вооружений инвестиции в страну превышают 20 млрд. долларов39. Что касается военно-технического сотрудничества, то Сирия ведет закупки истребителей Миг-29, учебно-боевые самолеты Як-130, системы ПВО «Панцирь» и «Бук», береговые комплексы «Бастион», противокорабельные ракеты П-800 «Яхонт». Помимо продажи вооружений и военной техники ведется и ее обслуживание, модернизация и ремонт. Однако, режим санкций, закрытие внешних границ и активные боевые действия не только разрушили экономику страны, но и прервали ее экономические связи со многими государствами, в том числе и с Россией, чем заставили ее функционировать в условиях полной изоляции.

Таким образом, рассмотрев конкретные конфликты очевидно, геополитические интересы зачастую являются определяющими интенсификаторами этнополитических конфликтов.

Подводя итог – с учетом факторов взаимовлияния различных сфер общественной жизни, этнополитический конфликт является одним из видов политического конфликта, также, он является в достаточной степени самобытным социально-историческим явлением и имеет свою конкретную событийность, однако в то же время, в генезисе и динамике конкретного этнополитического конфликта  можно обнаружить такие свойства, черты и признаки, которые присущи и другим конфликтам.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *