Юридическая лингвистика

И язык, и право –это реалии, имеющие «фундаментальные значение для человеческого бытия»[2].В языке аккумулируется опыт освоения окружающего мира; в слове материализуются представления человека о предметах, процессах, явлениях; с помощью слов формируются мысли, осуществляется коммуникация. Право же объективируется в языке для выражения общеобязательных социальных норм, установленных  и обеспечиваемых государством. В связи с этим принято говорить о языке праве (о юридическом языке) как о лингвоправовом феномене.

         Особенности взаимодействия и взаимовлияния языка и права с давних пор находятся в центре внимания языковедов и правоведов. «диалог этих научных сфер, начавшийся в Германии еще в начале XIXв, с того момента все более расширялся, подпитываясь новыми общественно значимыми  темами. Например; в 70-х гг. хх в укреплению сотрудничества правоведения и лингвистики значительно способствовала требования общества создать понятный гражданам язык ведомственных учреждений; в 80-90х гг. обсуждения новых формулировок законодательства, обеспечивающих равноправие мужчин и женщин, проходило при участии лингвистов. В последние годы одним из важнейших факторов в развитии этого диалога является процесс правовой гармонизации в Европейском Союзе, а также развития торговли  новых  средств коммуникаций, вследствие чего, в частности, растет внимание в вопросом межьязыковой коммуникации в сфере права»[6].

         В русской науке интерес к языку права проявляли такие ученые, как А.С.Пиголкин, А.А.Ушаков, Л.П.Галанза, В.М. Савицкий и др. Однако в советский период особенности языка права рассматривались преимущественно в рамках юридической техники, в связи с чем еще было «трудно  говорить о равноправном сотрудничестве лингвистов и юристов в этих исследованиях» [9]. В то же время совершенно очевидно, что «стык языка и права сформирован сложным диалектическим взаимодействием юридического и языкового аспектов».

         Результатом интеграции лингвистических и юридических знаний явилось становление и развитие такой дисциплины, как юрислингвистика. Основателем юрислингвистики является в России Н.Д.Голев- доктор филологических наук, профессор Кемеровского государственного университета, Заслуженный работник высшей школы РФ, академик международной Академии наук высшей школы. Сам термин «юрислингвистика» был введен в 1999г  коллективом ученных лаборатории юрислингвистики и развтитя речи Алтайского государственного университета, созданной по инициативе Н.Д.Голева.

         Возникновение юрислингвистики, ее выделение как самостоятельной отрасли обусловлено, прежде всего, по мысли Н.Д.Голева, специфика «функционирования языка в экстремальной сфере», и проводя аналогии с метафорой  «экстремальная журналистика», приходит   к сочетанию «экстремальная лингвистика». Н.Д.Голев указывает  при этом на «естественность такой «экстремальности», так как она вырастает из глубинных свойств естественных языков». Одним из проявлений  этих глубинных свойств языка является потенциальная конфликтегенность речевых произведений : «любой коммуникативный акт потенциально конфликтен, любое высказывание хранит в себе потенциал не непонимания, недопонимания, «не так понимания», двусмысленного понимания»[3].Следствием этого в определенных условиях становится неоднозначное  толкования речевого произведения, влекущее судебное  либо экспертное разбирательство.

         Таким образом, объектом юрислингвистики является  зона пересечение языка и права, а предметом выступают языково-правовые явления. Обладающие потенциалом конфликтогенности.

Отношение языка к закону изучает юрислингвистика, а закона к языку — лингвоюристика; юридический аспект языка — предмет юрислингвистики, языковые аспекты права — лингвоюристики.

Юридический аспект языка — это, во-первых, те естественные языковые проявления, которые «сами в себе» содержат элементы права, в каждом из которых можно увидеть определенные потенции юридизации. Говоря о юридизированных проявлениях естественного языка, мы прежде всего имеем в виду языковые нормы, как стихийные, так и — особенно- кодифицированные. В определенном смысле их приближение к юридической сфере означает необходимость достаточно высокой степени канонизации естественных «прав» языка и носителей языка, в антрополингвистическом (социальном) плане здесь следует говорить о правах пользователей языка на удобное (недискриминационное) пользование им. Но несомненно право на существование имеет и онтологическое понимание языка как объекта правовой защиты (ср. понятие лингвистической экологии).

Во-вторых, в сферу юрислингвистики входят те закономерности естественного языка, которые лежат или должны лечь в основания текста закона, во многом определяющие как его создание, так и применение в юридической практике.

С позиций лингвистики первый аспект может быть назван юридическим аспектом языка, в этом аспекте предметом юрислингвистики являются процессы, ведущие к юридизации языка и отношений людей по поводу языка; еще раз подчеркнем: предпосылки и возможности которой юридизации языка (и социальных отношений между носителями языка) вытекают из самого языка и определяются им — его собственными особенностями, законами и нормами; второй — металингвистическим аспектом юридического языка, его онтологической базой является юридический язык.

В первом аспекте язык, носители языка — субъекты и объекты права, во втором аспекте язык представлен как средство, с одной стороны, создания и понимания закона (законотворческая и интерпретационная функции естественного языка в юридической сфере ) и, с другой стороны, — применения закона, где язык — предмет (или средство) экспертизы (лингвоэкспертная функция практического знания языка и теоретических знаний о языке, требующих обращения к специальной лингвистической компетенции).

Таким образом, мы видим две фундаментальные, взаимопереплетенные проблемы, лежащие в основании всех юрислингвистических исследований. Во-первых, это проблема соотношения языковых законов (норм, кодификаций и установлений и т.п.) с юридическими законами (нормами, установлениями и т.п.) на шкале юридизации. Ее полюсами являются стихийно-естественное и рационально-искусственное их начала. Во-вторых, проблема соотношения естественного и юридического языков, противопоставляемых в аспекте антиномии непосредственно-отражательного и условного — данные начала весьма специфично сопрягаются в юридическом языке.

 «Юридический язык код правовой коммуникации – более узкое понятие, чем государственный язык, хотя и, несомненно он  составляет его ядерную сферу. Тезис о ядерности вытекает из того, что юридический язык задает образцы нормативности, ее требования в сфере языка закона  наиболее жесткие и обязательные и в плане предписания, и в плане исполнения. Одно из главных свойств юридического языка – высокая степень легитимности, речь идет здесь не только об утверждении его статуса государственным органом (это вытекает из принадлежности его к государственному языку), но и легитимности его частных компонентов: структуры, терминологии, ее семантики. Разработка текстов закона, соответствующего требованиям юридического языка, вменяется такой специальности права, как юридическая техника, разрабатывающая (регламентирующая) способы воплощения волеизъявления законодателя на языке, признаваемым государственным».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *