Условия возникновения гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный актами правоохранительных органов

Прежде чем говорить о гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный актами правоохранительных органов, первоначально следует уточнить и разграничить условия ее возникновения и дать им правильное толкование, для дальнейшего удобства их применения в данной работе.

Как известно, само понятие ответственности возникло в российском праве много лет назад. Еще начиная с Киевской Руси, где первые нормы, регулировавшие вопросы ответственности и защиты за причинение вреда содержались в Русской Правде,  в которой говорилось, что «сломавший копье или щит или испортивший одежду обязан был возместить стоимость испорченной вещи»[1]. Это некое отступление в историю, но не буду уходить в ее истоки, поскольку современное право имеет наиболее развитое регулирование института ответственности за причинение вреда.

В современной юридической литературе, уже достаточно давно утвердилось мнение, которое говорит о том, что основанием гражданско-правовой ответственности является гражданское правонарушение, состав которого образуется именно некой совокупностью условий, необходимых для привлечения к гражданско-правовой ответственности. На мой взгляд, здесь нужно немного условиться и остановиться на разграничении понятий «условия ответственности» и «основания ответственности» поскольку многие ученые находят этот вопрос толкования достаточно спорным.

Так, например, одни ученые, а именно М.М. Агарков и Е.А. Флейшиц считают, что данные понятия носят одинаковый смысл и не более. Другие же сторонники, такие как Н.И. Мирошникова и А.А. Коваленко, считают, что в юридической науке, необходимо данные понятия разграничивать, поскольку на их взгляд оба термина совершенно различны и каждый носит свой индивидуальный и юридический смысл. Соответственно, под «основанием ответственности» следует понимать то, что порождает какое-либо явление. То есть на мой взгляд это некий фундамент, на который это самое явление опирается и определяет свою природу, а «условия» это те признаки, которые характеризуют само основание и без наличия которых явление не сможет возникнуть. С данной точкой зрения я соглашусь лишь в части, поскольку как мне кажется, понятие «основания ответственности» является на самом деле шире, чем понятие «условия ответственности».

Так же, я проанализировала и третью точку зрения. Она конечно отчасти схожа с первой, но только лишь в том, что рассматриваемые понятия похожи и не требуют разделения, но согласно мнению таких ученых как С.Е. Донцов и М.Я. Маринина, «условия» и «основания» необходимо разделить на общие и специальные[2]. В обоснование своей позиции они приводят следующие доводы. К общим условиям (основаниям) они относят: во-первых само по себе наличие вреда; во-вторых, противоправность действия (бездействия), которым причинен вред; в-третьих, причинно-следственную связь между противоправным действием (бездействием) и вредом; в-четвертых, виновность причинителя вреда. Данные условия признаются общими, вследствие возникновения обязательств по возмещению вреда. А к специальным основаниям (условиям) возмещения вреда, вышеприведенные авторы относят, уже упомянутые элементы состава гражданского правонарушения, за исключением вины самого причинителя вреда, а также такие обстоятельства как: во-первых, служебный характер деятельности причинителя вреда;          во-вторых, служебный характер властно-распорядительной деятельности;      в-третьих, служебный процессуальный характер деятельности причинителя вреда и в-четвертых, специальный субъектный состав, например, должностное лицо или должностное лицо, наделенное властно-распорядительными полномочиями или процессуальными полномочиями.[3]

Теперь, когда рассмотрено достаточное количество взглядов заслуженных ученых в юридической сфере, особенно, когда их мнения разняться, то это намного интереснее и познавательней с той стороны, что позволяет мне сформировать свой взгляд на рассматриваемый вопрос и попробовать обосновать ее.

Итак, что касается моего мнения, то оно будет сконструировано из двух вышерассмотренных позиций. А именно, с той стороны, что понятия «условия ответственности» и «основания ответственности» следует рассматривать как индивидуальные категории, так и с присущим им классификационным делением на общие и специальные. Теперь необходимо пояснить обе составляющие моей точки зрения.

Во-первых, относительно индивидуальности каждого понятия. Я основываюсь на том, что как уже было упомянуто выше, сама правовая категория содержания смысла понятий «условия» и «основания» несет различное толкование, чем и определяется их индивидуальность. А именно тем, что на мой взгляд условия это некие элементы, предпосылки из которых формируются полноценные основания возникновения какого-либо факта. Так например, основанием правонарушения является сам факт совершения противоправного поведения, а уже все остальные элементы состава правонарушения будут условиями ответственности.

Во-вторых, относительно классификационного деления рассматриваемых понятий, то на мой взгляд, их необходимо разделить на общие и специальные. Как основания рассматривать и общими, и специальными, так и условия рассматривать с этой же стороны. Даже независимо от того, что я их подразделяю на самостоятельные юридические понятия. Поскольку для возникновения ответственности, наличие общих условий (оснований) обязательно и лишь в законе указываются обстоятельства, когда условия (основания) становятся обязательными. А именно, относительно специального субъектного состава, где говорится про должностное лицо, наделенное властными полномочиями, и про характеристику его деятельности, то что она должна носить служебный характер.

Перед тем, как перейти к рассмотрению конкретных условий возникновения гражданско-правовой ответственности, хотелось бы заострить внимание на причинах такого обилия различных споров, относительно содержания «условия» и «основания» возмещения вреда, причиненного актами правоохранительных органов. Я считаю, что такая ситуация сложилась именно из-за некорректного толкования нормативных актов, даже скорее из-за неясности норм закона, которые порождают множество противоречий их понимания. А также, причиной может служить и тот факт, что в современной юридической литературе данные понятия недостаточно разработаны и находятся на стадии конкретизации. На мой взгляд, для того чтобы была сформирована одна правовая категория для спорных определений уже существуют хорошие предпосылки и они все давно рассмотрены многими учеными, приведены в моем анализе и некоторые находят свое отражение в законах. Поэтому все что осталось сделать, это лишь предпринять попытку воедино соединить все важные факторы, которые не будут порождать множество мнений.

Завершая рассмотрение содержания понятий «условия» и «основания» необходимо сказать, что наличие вреда, является самым главным условием, которое просто необходимо для возникновения обязательств из причинения вреда[4].

После того, как я рассмотрела содержание понятия «условия» необходимо проанализировать их более детально, с целью изучения его состава из причинения вреда актами правоохранительных органов.

Итак, как выяснилось выше, для возникновения обязательства, необходимо такое условие, как наличие вреда. Однако, в юридической сфере, вред трактуется очень широко и многозначно, поэтому нужно определиться в каком смысле он будет рассмотрен в моей работе. Я соглашусь с                 А.А. Малиновским[5], который полагает, что вред, это малоисследованный феномен на современных этапах юридической литературы[6]. Поэтому я п некоторые его соображения, которые затрагивают вопросы рассматриваемой темы.

Александр Александрович полагает, что вред, причиненный актами правоохранительных органов, является результатом поведения субъектов права. В этом смысле он понимает под вредом, любые негативные последствия, которые прямо либо косвенно являются результатом правового поведения субъекта[7]. Соответственно, я полагаю, что к негативным последствиям относятся нарушения прав и свобод человека и гражданина, ущемление интересов как личности, так и общества. Поскольку в первую очередь, акты правосудия затрагивают именно этот аспект человеческой жизни в рамках юридического закона. Поэтому соглашаясь с автором, я хочу заметить, что вред будет подразумевать под собой и физическую составляющую и моральную, и психологическую, и материальную в большинстве жизненных случаях.

Следует отметить, что каждый вид вреда, который причиняется гражданину, сказывается на нем крайне негативно. Поэтому, подводя итог, исходя из принципа полного возмещения вреда, причиненного актами правоохранительных органов, последний должен быть рассмотрен предельно широко и включать в себя любое умаление какого-либо блага, а именно, все негативные и нежелательные последствия.

Необходимо провести анализ п.1 ст.1064 ГК РФ в той части, в которой надлежит выявить условия возникновения ответственности. Из рассматриваемой нормы следует, что ответственность по возмещению вреда, причиненного правоохранительными органами, наступает при условии, если действия причинителя вреда носили противоправный характер. Однако, сама норма не говорит о противоправности поведения причинителя вреда, как обязательное условия, но я полагаю, что такой вывод следует из нее однозначно. Поскольку, рассматривая п.1 и п. 3 ст. 1064 ГК РФ, то можно заметить, что в пункте 3 специально оговаривается, что вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных специальным законом. Отсюда и следует вывод, что пункт 1 говорит о противоправном причинении вреда.

В юридической литературе есть такое понятие как принцип генерального деликта, согласно которому каждому запрещено причинять вред имуществу или личности, и всякое причинение вреда является противоправным, если лицо не было управомочено нанести вред. Следовательно, я делаю вывод, что противоправность означает любое нарушения чужого субъективного права гражданина.

Противоправными являются такие действия, которые совершены с нарушением закона либо нарушением иных норм и правил, закрепленных в нормативных актах. Отсюда следует, что в гражданском праве, в частности при причинении вреда лицу под противоправным поведением необходимо понимать любое действие, а равно бездействие, которое нарушает правовые нормы и правила, а также субъективные права других лиц без должного на то правомочия. Поэтому, можно предположить, что правоохранительные орган своими действиями (бездействиями) даже в силу наделения их определенными полномочиями могут нанести вред лицу, тем самым нарушая нормы закона. Причем под бездействием следует понимать случаи, когда на причинителе вреда лежала обязанность совершить определенные действие, а он по необъяснимым причинам их не совершил.

Исходя из смысла п.1 ст.1070ГК РФ рассматриваемая противоправность деяния может выражаться только непосредственно в активных действиях, поскольку ответственность наступает за незаконное осуждение. Незаконное привлечение к уголовной ответственности, незаконное применение в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконное привлечение к административной ответственности в виде административного ареста.

Из приведенных выше примеров проявления противоправности в действиях причинителя вреда, возникает проблема с гражданской точки зрения, при определении критерия незаконности в действиях правоохранительных органов. Причем незаконность действий должностных лиц может проявляться в различных ситуациях. А именно как при нарушении норм уголовно-процессуального законодательства, так и при нарушении норма гражданского законодательства. Здесь хотелось бы согласиться с       Б.Т. Безлипкиным[8], который говорил, что даже самое правомерное применение юридических норм законодательства, не дает полной гарантии гражданину избежать ошибок при исследовании всех нюансов расследуемого дела.

Возвращаясь к содержанию понятия противоправности можно сделать вывод о том, что рассматриваемая правовая категория достаточно таки объективна и не зависит от виновности или невиновности лиц, совершивших противоправное деяние.

Теперь, затрагивая вопрос об ответственности, которая возникает при причинении вреда актами правоохранительных органов, стоит сказать, что определяя противоправность в действиях должностных лиц, судам необходимо не только проверять соответствие действий конкретным нормам уголовно-процессуального законодательства, но и их соответствие с конституционным нормам[9]. Поскольку именно Конституция Российской Федерации является базовым нормативным документом, на основании которой построено все  российское законодательство. Для того чтобы определить рассматриваемое соответствие, следует обратиться к ст.1070 ГК РФ, где она будет играть важную роль в установлении баланса между затрагиваемыми нормами уголовно-процессуального права и конституционным.

Нужно отметить, что отношения, которые закреплены в нормах        ст.1070 ГК РФ нашли свое отражение в главе 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которые в свою очередь посвящены вопросам реабилитации. Говоря о праве на реабилитацию, то оно включает в себя право на возмещение имущественного вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Однако, как бы ни было печально, но на сегодняшний день, в практической деятельности правоохранительных органов нередки случаи незаконного уголовного преследования. В результате которого потерпевшие несут бремя доказывания своей непричастности и вследствие чего имеют право требовать возмещения им морального вреда в рамках гражданского судопроизводства.

 Примером может служить судебная практика города Ярославля.            А именно, на основании решения Дзержинского районного суда г.Ярославля от 27 мая 2015 года № 2-2077/2015 гражданка Булатова Н.В. получила компенсацию морального вреда именно за незаконное уголовное преследование. Как следует из анализа, рассмотренного мною решения, в отношении гражданки Булатовой Н.В. 08 февраля 2006 года было возбуждено уголовное дело, по факту хищения вверенных ей денежных средств в размере 7000 рублей. Со слов Булатовой Н.В. такие действия она не совершала и всячески пыталась вместе с адвокатом доказать свою невиновность. Однако, либо из-за статистики следствия, либо по иным причинам СУ УМВД России по г.Ярославлю рассмотрение указанного дела растянуло на 8 лет. И лишь 27 мая 2015 года было принято окончательное решение о выплате компенсации морального вреда в размере 700000 рублей в пользу Булатовой Н.В. Хоть изначально гражданка требовала 1500000 рублей ей удовлетворили требования лишь в части.

Согласно ч.ч.1 и 2 ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, а ее размер определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и имущественных страданий. В рассматриваемом случае к гражданке Булатовой Н.В. была применена мера пресечения в виде отстранения от своей должности главного бухгалтера на срок 3 года и 1 месяц, вследствие чего не могла получать заработную плату, а на ее иждивении находились несовершеннолетний сын и пожилая мать. Также в отношении Булатовой Н.В. была избрана мера в виде подписки о невыезде сроком свыше 13 месяцев, что впоследствии судом было признано незаконно, применение такого срока. В результате всех этих действий, которые продолжались 8 лет, гражданка заработала множество заболеваний на нервной почве. И именно учитывая данные обстоятельства суд и принял решение о компенсации морального вреда в размере 700000 рублей. На мой взгляд решение принято с учетом принципом соразмерности причиненного вреда и было проанализировано всесторонне.

Поэтому, в большинстве случаях, должностные лица при исполнении своих должностных полномочий, их превышают. Но стоит отметить, что превышают, зачастую, очень грамотно и иногда судебные инстанции и иные органы не могут доказать обратное. Поэтому и происходит на практике нарушение субъективных прав граждан. Однако в рассмотренном решении судебная инстанция смогла увидеть причиненный гражданке вред и  принять решение о компенсации ей морального вреда.

Для сравнения оснований для выплаты компенсации морального вреда можно так же обратиться к другому решению Дзержинского районного суда г.Ярославля от 26 января 2017 № 2-352/2017 по делу гражданина Мишина А.И. В данном деле Мишин А.И. требовал выплаты компенсации морального вреда в связи с утратой сотрудниками дежурной части  полиции сотового телефона и СИМ-карты в ходе личного досмотра при задержании, что по его словам, причинило ему душевно-нравственные страдания, поскольку была безвозвратно утрачена вся информация. Размер компенсации гражданин определил 1000000 рублей. Суд с учетом всех обстоятельств отказал в удовлетворении данного требования, ссылаясь на то, что по заявлению владельца восстановить СИМ-карту можно и что истцом не представлено доказательств о нарушении его личных неимущественных прав и других нематериальных благ, утрата имущества (сотового телефона) к нарушению таких прав не относится.

Соответственно, для того, чтобы получить компенсацию морального вреда, истец должен доказать, что у него имеются все основания на ее получение в соответствии с нормами законодательства РФ.

Другим необходимым элементом состава гражданского правонарушения является причинно-следственная связь между противоправными действиями (бездействием) и наступившим вредом. Но следует рассмотреть причинно-следственную связь не между конкретными действиями сотрудников правоохранительных органов, а между актами процессуального характера государственных органов и наступившими последствиями их принятия.

         Осуществляя свою деятельность, должностные лица правоохранительных органов иногда принимают незаконные решения о привлечении к уголовной ответственности или осуждении невиновного. В данном случае они опираются лишь на ложные показания либо свидетелей, либо заключений экспертов. Но нельзя в данной ситуации обвинять должностных лиц, поскольку они выполнили свои функциональные обязанности, однако для реабилитированного неважно, по каким основаниям его незаконно привлекли к уголовной ответственности или вынесли обвинительный приговор, его будет больше интересовать механизм восстановления нарушенных прав и компенсация вреда[10]. И данная точка зрения вполне логична, поскольку любому добросовестному гражданину которого обвиняют без причины, на первом месте всегда стоит возможность самому, своими силами доказать свою невиновность и возможность восстановить его нарушенные права и потребовать компенсацию морального вреда.


[1] Юшков С.В. Русская Правда: Происхождение, источники, ее значение. // Под ред. О.И. Чистякова. – М.: ИКД «Зерцало-М», 2002. – 400 с.

[2] Донцов С.Е., Маринина М.Я. Имущественная ответственность за вред, причиненный личности. -М., 1986. С.13-27, 29.

[3] Донцов С.Е., Маринина М.Я. Указ. соч. С. 29.

[4] Гражданское право: Учебник: Т. 3 / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого.  М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2004.  С. 11.

[5] Малиновский А.А. Вред как юридическая категория // Юрист. – 2006. — № 2. – С. 4-7.

[6] Малиновский А.А. Вред как юридическая категория // Юрист. – 2006. — № 2. – С. 4-7.

[7] Малиновский А.А. Указ. соч. С. 5.

[8]Безлепкин Б.Т. Возмещение вреда, причиненного гражданину судебно-следственными органами. — М., 1979. — С. 67-69, 109.

[9] ст.22 Конституции РФ (принята всенародным голосованием 12.12.1993) // «Собрание законодательства РФ», 04.08.2014, N 31, ст. 4398.

[10] Медведева Т.М. Возмещение вреда, причиненного правоохранительными органами. Дис. к.ю.н. — Саратов, 1984. — С. 151.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *