Проблема определения места самозащиты в системе средств защиты гражданских прав

Пока существование правовых институтов не было в жизни человека, правила поведения, различные социальные отношения и регулирования являлись формой самозащиты. С самого момента возникновения, понятие самозащиты неоднократно менялось. На сегодняшний день это является ключевой проблемой, так как понятие самозащиты несет дискуссионный характер. Помимо этого можно выделить еще две проблемы: такие как трактовка правовой природы и места самозащиты, а так же установление критериев, которые помогли бы упорядочить обширный перечень способов самозащиты, применяемых в гражданской обороне.

Проблемы также возникают при отнесении тех или иных действий к способам самозащиты. Уполномоченные органы, определяя соразмерность действий, принятых для предотвращения нарушения, дают им оценку и определяют их допустимость или же наоборот неправомерность. Однако отсутствие понятия данного института не позволяет четко определить критерии оценки действий по защите прав.

Уделяя особое внимание проблематике связанной непосредственно с самозащитой, нами бы хотелось отметить наиболее важные аспекты, которым следует уделять должное внимание:

Во-первых, в гражданском кодексе РФ указывается только лишь название самозащиты, следовательно, идет отсутствие полного законодательного определения понятия самозащиты.

Во-вторых, существует дискуссионный вопрос, куда относить самозащиту к форме или способу защиты. Тут мнение авторов и законодателя расходятся.[1] А. П. Сергеев также отмечает, что существует юрисдикционная и неюрисдикционная форма защиты гражданских прав. В рамках юрисдикционной формы охватывается защита в судебном порядке. А самозащита уже относится к неюрисдикционной и характеризуется самостоятельной деятельностью лица по защите своих прав без обращения в государственные органы. Однако он высказывается в данном вопросе так, что самозащита не является способом, а лишь формой самозащиты.

Законодатель практически не определяет границы осуществления права на самозащиту гражданских прав. Не определено также какими средствами, способами и методами возможно осуществлять самозащиту гражданских прав. Данная неопределенность, в свою очередь, ведет к неправильному использования данного права и нарушению прав других субъектов правоотношений.

Особенностью необходимой обороны в гражданском праве является то, что она осуществляется действиями, которые причиняют вред лицу, которое нарушает права управомоченного. Вред, причиненный в результате таких действий, не подлежит возмещению (ст. 1066 ГК РФ). Следует учесть, что если рассматривать самозащиту субъективных прав только лишь в рамках необходимой обороны и крайней необходимости, то это приведет к крайне узкому рассмотрению данной формы защиты. Сама самозащита предназначена не только для пресечения нарушения права или угрозы такого нарушения, она направлена на восстановление нарушенных прав. Проблема заключается в том, что ст. 14 ГК РФ  не отражает всей широты данной формы защиты гражданских прав[2]

В судебной практике часто встречается вопрос о квалификации тех или иных действий в качестве самозащиты гражданских прав. К примеру, можно привести споры, связанные с исполнением различных договоров. Но даже в этих случаях восприятие самозащиты формируется через квалификации действий в определенных обстановках, при этом решение судов не может быть безусловным ориентиром в данном вопросе.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 лицо, право которого нарушено, может прибегнуть к его самозащите, соответствующей способу и характеру нарушения (ст. 14 ГК РФ). Возможность самозащиты не исключает права такого лица воспользоваться иными способами защиты, предусмотренными ст. 12 ГК РФ, в том числе в судебном порядке.

Допустимость (соразмерность) владельческих восстановительных мер необходимо подробно регламентировать в гражданском праве, в частности, когда собственник индивидуально может отобрать собственную вещь, на которую соответственно утратил прямое владение, пресечь нарушение и непременно восстановить собственное владение в результате только что состоявшегося «рейдерского» захвата частной собственности.

Проблема в том, что в действительности все владельческие восстановительные меры уже существуют и без детального правового регулирования, они активно используются в хозяйственной практике, то есть в нашей повседневной жизни, но правовая надстройка пока не создала убедительных конструкций для них. Все это свидетельствует о расширении применения частного права в нашей жизни самими участниками этих правоотношений в рамках его широких диспозитивных возможностей. С расширением частного права необходимо расширение и частноправовой самостоятельной защиты прав. Расширение допустимой самозащиты как правовой формы есть объективная необходимость для усиления, придания твердости частным правам, поскольку элементы защиты входят в содержание субъективного гражданского права. Если этот элемент слаб, то слабо и невнятно субъективное частное право. Процесс расширения роли частного права неизбежно сопровождается и усилением (расширением) механизма его защиты.

Таким образом, изучая институт самозащиты в гражданском праве, мы пришли к выводу, что в гражданском законодательстве отсутствуют положения, закрепляющие, понятие такого способа защиты гражданских прав, а также способы его реализации и критерии, по которым можно четко определить допустимость и правомерность конкретных действии в случае самостоятельной защиты прав и интересов. Можно отметить проблемные вопросы относительно самозащиты гражданских прав.

Во-первых, отсутствует легальное определение самозащиты. В Гражданском кодексе указывается только название, а определение дается уже учеными-юристами. Во-вторых, становится неясным вопрос касаемо того, к чему следует отнести самозащиту: к форме или способу защиты гражданских прав.


[1]Садчикова С.А.Самозащита гражданских прав: проблемы применения // В сборнике: WORLD SCIENCE: PROBLEMS AND INNOVATIONS сборник статей XV Международной научно-практической конференции: в 4 частях. 2017. С. 98

[2]Дюжок А.В. Некоторые проблемы института самозащиты гражданских прав // В сборнике: Правовое регулирование современного общества: теория, методология, практика Материалы II Международной научно-практической конференции. 2017.  С.. 88

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *