Наличие спора как предпосылка определения формы расторжения брака

Обратимся к характеристике общих причин конфликта между участниками семейных правоотношений. В целом противоречия между людьми могут возникать вследствие нарушения норм права, моральны норм, в результате ошибочных и (или) целенаправленных действий и (или) бездействий. Каждый из участников семейных правоотношений действует в соответствии с собственными интересами.

Семейное право, как совокупность материальных и процессуальных норм, является единственной правовой отраслью, где правовое регулирование отношений связано с необходимостью максимально учитывать социально психологические особенности поведения субъектов. Конфликты, возникающие между участниками семейных правоотношений, чаще всего, находятся вне сферы правового регулирования, что не всегда ведет к полному и эффективному разрешению семейно-правового спора. Поэтому совершенствование механизмов правового регулирования споров между участниками семейных правоотношений, использование примирительных процедур, порядок применения которых нуждается в более четкой законодательной регламентации, не только целесообразно, но и актуально.

Правовое регулирование семейных споров должно быть направлено не только на их разрешение исходя из буквы закона, но и определять процесс урегулирования конфликтной ситуации с учетом характера семейных отношений, необходимости сохранения материального благополучия, духовного и нравственного здоровья семьи.

Поскольку семейные правоотношения являются длящимися, судебное разрешение споров не всегда эффективно. Это, по нашему мнению, можно объяснить следующими причинами: направленность суда разрешить правовой спор независимо от причин конфликта, категоричность выводов суда по конкретному спору с позиций соответствия или несоответствия действий сторон нормам права, вне связи с общей целесообразностью, справедливостью, отсутствие цели сохранения партнерских отношений после урегулирования спора.

Основными проблемами, с которыми сталкиваются субъекты семейного правоотношения при обращении в суд за разрешением спора, являются:

— прекращение доверительного характера отношений между субъектами, вызванное отсутствием гибкости суда при разрешении спора. Сущность семейного правоотношения предполагает наличие той или иной степени доверия между сторонами, означающего существование ряда договоренностей между субъектами, исполняемых исходя из внутреннего осознания целесообразности, а не из юридического обязательства.

— невозможность учета всего комплекса отношений между сторонами, ограничение выводов суда исключительно оценкой предмета и оснований иска. В семейных правоотношениях большая часть взаимодействия субъектов остается за пределами правового регулирования. В этих юридически не оформленных взаимоотношениях, как правило, оказывается скрытой причина конфликта, породившего спор, который вынесен на разрешение суда. Без воздействия на причину разрешение спора оказывается неэффективным;

— возможность злоупотребления процессуальными правами, поскольку стороны не всегда рассматривают обращение в суд в качестве способа разрешения конфликта;

— окончательное решение по делу принимается судом, при этом решение может не устроить ни одну из сторон, что не только не приведет к разрешению конфликта, а, вероятно, еще больше его усугубит ситуацию.

На основании изложенного, можно сделать следующий вывод, семейные правоотношения порождают конфликты, большая часть которых остается за рамками спора, выносимого на разрешение суда. Суд, оставаясь в пределах предмета и оснований иска, не способен никак воздействовать на субъективную причину спора, поэтому не способен и конструктивно разрешить его. Медиация как способ разрешения споров, не связана с необходимостью следовать формальным требованиям, а, значит, может учитывать фактические отношения между сторонами, воздействуя на причину, а не на последствия спора. Кроме того, активная роль сторон позволяет принять решение, удовлетворяющее их интересам.

Сравнительно-правовой анализ статьи 18 СК РФ и аналогичной нормы Кодекса о браке и семье РСФСР (далее — КоБС)[1] позволяет сделать вывод о том, что действующий СК РФ определяет в качестве основной юридической процедуры расторжение брака в органах загса, тогда как ст. 32 КоБС — наоборот, устанавливала судебный порядок. Это объясняется тем, что ранее брак расторгался лишь в случае, если судом установлено, что дальнейшая совместная жизнь супругов и сохранение семьи стали невозможными. Установление данного факта возможно лишь в случае выяснения истинных причин, побудивших супругов развестись, даже при их взаимном согласии.

Исходя из существования двух видов процедуры расторжения брака, возникает вопрос, являются ли судебный и административный порядок двумя формами расторжения брака, существует ли спор о праве при расторжении брака, влияет ли наличие спора на процедуру расторжения брака, является ли расторжение брака в суде способом защиты прав супругов.

По мнению Кощеева А.В., «в процессуальном смысле супруги, участвующие в процессе о расторжении брака в качестве сторон, фактически таковыми не являются. Подавая заявление о расторжении брака супруг реализует свое материальное право на прекращение брачного правоотношения. Следовательно, при наличии взаимного согласия на расторжение брака истцом оказывается тот супруг, который первым подал соответствующее заявление, а второй автоматически становится ответчиком. Таким образом, именование супругов, участвующих в деле о расторжении брака, истцом и ответчиком является, скорее, традицией, присущей делам, рассматриваемым в исковом порядке. Более того, супруги не могут в полной мере пользоваться процессуальными правами, предоставленными процессуальным законодательством сторонам».[2]

Коржаков И. считает, что спор о праве на расторжение брака как и «предположение о потенциально возможном споре о воспитании несовершеннолетних детей» по сути своей — фикция. [3]

Приведенные точки зрения, безусловно, имеют право на существование, их ценность состоит в развитии науки гражданского процессуального права. Применительно же к семейным правоотношениям, на наш взгляд, позицию об отсутствии спора о праве при расторжении брака нельзя признать обоснованной. Это, прежде всего, связано с особой ценностью семейных правоотношений как для государства, так и для конкретных субъектов.

Спор о расторжении брака нельзя рассматривать только как проблему выбора юридической процедуры прекращения статуса супругов. Тарусина Н.Н., рассматривая брак как разновидность семейно-правового договора, характеризует право на расторжение брака через триаду «1) свобода брака предполагает свободу его расторжения; мера относительности этой свободы существенно отличается от меры, данной законом для гражданско-правовых договоров, — ввиду известных особенностей брачного правоотношения, возможного осложнения ситуации «третьей жизнью» (детьми) и государственным интересом в защите этой жизни и семьи в целом.. .;2) расторжение брака связано с девиантностыо, конфликтностью, с необходимостью превращения регулятивного брачного правоотношения в охранительное с охранительным же субъективным правом на развод; 3) договор, как правило, может быть расторгнут соглашением сторон, а при разногласиях (споре)специальным органом (в нашем случае в обе схемы подключаются органы ЗАГС, мировой судья, суд общей юрисдикции)» .[4] Позиция ученого обоснованна, несмотря на уточнения и критические комментарии.

У одного супруга есть право брак расторгнуть, но у другого есть право на сохранение брака. Таким образом, при расторжении брака между супругами может возникать спор. Это спор о праве на сохранение брака. Он возникает потому, что у субъектов отсутствует согласие по вопросу надлежащего осуществления прав и обязанностей. Такой спор характеризуется равенством правового положения супругов: праву одной стороны расторгнуть брак соответствует право другой возражать, настаивая на сохранении брака.

Совсем иначе правовую природу права на расторжение брака рассматривал Пелевин, утверждая, что данное право — это элемент правоспособности, вытекающий из принципа свободы брака и свободы развода, поэтому спорить нем бессмысленно, поскольку развод это не спор о праве, а спор о причинах брачно-семейного конфликта». [5]

С Пелевиным С.М. следует согласиться в той части, что право на брак и на его расторжение, как и иные правовые возможности лица иметь права и нести обязанности, можно рассмотреть как элемент правоспособности. Однако право на расторжение брака как субъективное право лица существует в рамках конкретного правоотношения и для прекращения этого правоотношения должно быть юридически оформлено.

Таким образом, при расторжении брака может иметь место правовой спор, который является средством осуществления права на защиту и может быть реализован в юрисдикционном (судебном порядке) или альтернативном порядке (в ходе процедуры медиации).

Если отсутствует правовой спор между супругами, то процедура расторжения брака может быть как судебная, так и административная. Таким образом, при взаимном согласии на расторжение брака порядок его расторжения определяется дополнительными условиями, а именно наличием или отсутствием общих несовершеннолетних детей. Супруги добровольно приняли решение не сохранять брачные отношения, но спора между ними нет, следовательно, если общих несовершеннолетних детей не имеется, то брак расторгается в административном порядке, а при наличии детей в судебном. Это в полной мере учтено законодателем и закреплено в п. 1 статьи 19 и в статье 23 СК РФ.

Отсутствие согласия на расторжение брака свидетельствует о наличии спора. Для этих случаев в Семейном кодексе предусмотрена только судебная процедура расторжения брака. Однако она не всегда является эффективной, поскольку при разрешении правового спора о прекращении брака, конфликт между супругами может остаться и привести к целому ряду других правовых споров.

Полагаем, что и том случае, когда один из супругов уклоняется от расторжения брака в органе записи актов гражданского состояния (отказывается подать заявление, не желает явиться для государственной регистрации расторжения брака и другое) имеет место спор, поскольку отсутствует взаимное согласие. Также взаимного согласия может не быть и в случае расторжения брака с лицом, осужденным за совершение преступления к лишению свободы на срок свыше трех лет (п. 2 ст. 19 СК РФ). Однако в этом случае законодатель, определяя административный порядок расторжения брака, создает гарантии для реализации прав того супруга, который не находится в местах лишения свободы, презумируя невозможность сохранения семьи. Спор отсутствует и в случае расторжения брака в органах ЗАГС, если другой супруг признан судом безвестно отсутствующим или признан судом недееспособным, поскольку нет другой стороны спора фактически или юридически.

Таким образом, можно утверждать, что наличие правового спора между супругами определяет форму и порядок расторжения брака. Порядок расторжения брака не всегда свидетельствует о наличии спора и в ряде случаев исключает какую-либо альтернативу, поскольку определен Семейным кодексом. При этом судебный порядок расторжения брака является на сегодняшний день единственным действующим способом разрешить спор между супругами по поводу расторжения брака.

В целях совершенствования механизма правового регулирования в области защиты субъективных прав супругов при наличии спора о расторжении брака предлагается установить обязательное обращение к медиатору. Такое обращение может быть на стадии принятии искового заявления о расторжении брака, например, иск оставляется без движения на срок 2 месяца, в течение которых проводятся примирительные процедуры.[6]

Если в ходе примирительных процедур достигнуто соглашение о сохранении брака, то исковое заявление возвращается заявителю, а если иск в суд не подавался, то необходимость обращения в суд отпадает. Если супруги решили брак расторгнуть, то судебное разбирательство дела о расторжении брака проходит в упрощенном порядке, например, без предоставления срока на примирение. Использование предложенного механизма обязательной медиации будет способствовать реализации прав супругов на сохранение семьи, партнерских, доброжелательных отношений. Повысит эффективность предусмотренного, но недействующего на сегодняшний день срока на примирение.

Проведенное исследование предпосылок определения формы расторжения брака позволило сделать следующие выводы:

  1. Расторжение брака является одним из видов семейно-правовых споров. 

Спор о расторжении брака следует рассматривать как спор о праве на сохранение брака, а не как проблему выбора юридической процедуры прекращения статуса супругов. Отличительный признак этого спора — равенство правового положения супругов: праву одной стороны расторгнуть брак соответствует право другой воз­ражать, настаивая на сохранении брака.

2. Спор о праве на сохранение брака является правовым спором, поскольку из регулятивного правоотношения — состояния в браке- разногласия супругов по сохранению или расторжению брака переходят в охранительные правоотношения.

3. Наличие правового спора между супругами определяет форму и порядок расторжения брака. Однако используемый порядок расторжения брака не всегда свидетельствует о наличие спора и в ряде случаев исключает какую-либо альтернативу, поскольку определен Семейным кодексом.

4. Признание человека, его основных прав и свобод высшей ценностью должно быть спроецировано и в плоскость семейных отношений. Каждый гражданин, исходя из установленного законом принципа добровольности брачного союза, имеет право на расторжение брака и на его сохранение. Обращение к медиатору является наиболее эффективной процедурой в условиях конфликта интересов супругов. 5. В целях совершенствования механизма правового регулирования в области защиты субъективных прав супругов при наличии спора о расторжении брака предлагается установить обязательное обращение к медиатору. Такое обращение может быть на стадии принятии искового заявления о расторжении брака, например, иск оставляется без движения на срок 2 месяца, в течение которых проводятся примирительные процедуры. Либо обращение к медиатору предшествует обращению в суд с иском о расторжении брака.


[1]  Кодекс законов о браке, семье и опеке. Принят 19 ноября 1926 года // СУ  РСФСР. 1926. № 82. Ст. 612.

[2] Кощеев А.В. Правовые проблемы процедуры расторжения брака на рубеже XX — XXI вв. // История государства и права. 2011. № 11. С. 38 — 40 // СПС «Консультант Плюс»

[3] Коржаков И. Процедуру расторжения брака в суде надо изменить // Российская юстиция. 1996. №4. С. 43.

[4] Тарусина Н.Н. Брак по российскому семейному праву: Учебное пособие. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2010. С. 175.

[5] Пелевин С.М. О подведомственности дел о расторжении брака // Вестник ЛГУ. 1972. № 5. Серия: Экономика. Философия. Право. Вып. 1. С. 122-127.

[6] Пять новых тем для размышления // Юрист компании. 2010. № 9. С. 6. 132

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *