Исторические предпосылки объединения Германии

Федеративная Республика Германии – крупнейшее государство современной Европы. В своём современном виде оно существует с 1990 г., когда произошло объединение западной и восточной частей страны. История этого объединения была долгой и трудной, его характер определялся целым рядом как внешних, так и внутренних факторов (главным образом, общим ходом и перипетиями «холодной войны»). В целом, процесс преодоления раскола Германии является ярким образцом в истории европейской дипломатии новейшего времени и, без сомнения, представляет богатый материал для дальнейшего исследования и осмысления. Именно поэтому данная тема и сегодня, спустя почти четверть века после образования объединённой Германии, сохраняет свою актуальность (тем более что в мире ещё существуют государства, которым, по всей видимости, рано или поздно предстоит пройти непростой путь преодоления территориального раскола, аналогичного германскому).

Научные работы и сборники документов, посвящённые германскому вопросу, выходили на протяжении всего двадцатого столетия. Издаются они сейчас, когда многие аспекты проблемы (включая, например, Берлинские кризисы конца 40-нач. 50-х гг.) видятся иначе, чем в советское время. Главной особенностью нынешней историографии является то, что проблема освещается гораздо более объективно, с учётом разных подходов и оценок, а также анализа неизвестных или замалчиваемых ранее документов). Большинство современных исследователей в своих монографиях, статьях и диссертациях не склонны, подобно своим предшественникам, возлагать вину за раскол Германии лишь на западные страны (США, Великобританию, Францию и прочих, по советской терминологии, «империалистических хищников»). Достаточно подробно анализируется и весьма противоречивая политика Советского Союза, на котором также лежит ответственность за послевоенный раскол немецкого государства. Немалое внимание уделяется и личностному фактору в советской внешней европейской политике (в частности, роли многолетнего министра иностранных дел СССР А.Громыко, имевшего непосредственное отношение к выработке советской стратегии по германскому вопросу) .

И, конечно, одним из самых дискуссионных вопросов по-прежнему касается политики советского руководства по вопросу объединения Германии периода Перестройки, когда, собственно говоря, преодоление раскола между ФРГ и ГДР стало свершившимся фактом. Споры вызывает, как правило, не историческая обоснованность самого факта воссоединения двух немецких государств, а его характер (который далеко не все и зарубежные, и отечественные исследователи признают вполне справедливым как по отношению к ГДР, так и по отношению к Советскому Союзу, не получившему, по их мнению, от объединения причитающихся выгод).

На заключительном периоде Второй мировой войны, когда её исход уже был предрешён, союзники по антигитлеровской коалиции обсуждали судьбу послевоенной Европы и, разумеется, побеждённой Германии. Первоначально, по предложению английской стороны, последнюю планировалось разделить на несколько небольших территорий (Пруссию, Баварию и т. д.). Однако уже на Ялтинской, и тем более Потсдамской конференциях под давлением советской стороны и лично И.В.Сталина, возобладала линия на сохранение единой демократической и демилитаризованной Германии. После завершения войны страна была разделена на советскую, американскую, английскую и французскую зоны оккупации, которые в последующем предполагалось вновь объединить. Однако этого не произошло. В 1949 г, в условиях разгоравшейся холодной войны, западные зоны оккупации были объединены в Федеративную Республику Германии, а в советской зоне возникла Германская Демократическая Республика. ФРГ практически сразу была включена в орбиту западного капиталистического мира, ГДР вошла в возникший в Восточной Европе социалистический лагерь.

Советское руководство возлагало ответственность за подобный раскол на западные державы. Действительно, многие действия западных держав в Западной Германии – например, спешно проведённая денежная реформа, поставившая крест на введении единой валюты – способствовали расхождению вчерашних союзников по антигитлеровской коалиции. Вместе с тем следует иметь в виду, что и с СССР нельзя снимать ответственность за раскол Германии. Обвиняя западные державы во вмешательстве в дела Западной Германии, Советский Союз, по сути дела, сам проводил аналогичную политику, но уже в отношении ГДР. Это, например, касается роли СССР в организации блокады Западного Берлина в 1948 г. и его активного участия в подавлении берлинского восстания в 1953 г. Позиция СССР определялась, с одной стороны, долгосрочными стратегическими интересами, с другой – стремлением утвердить своё идеологическое и политическое влияние в Восточной Европе. Отказ СССР от участия в «плане Маршалла» также был обусловлен опасением утраты своего доминирующего положения в странах социалистического лагеря. При этом СССР, по словам М.С.Горбачёва, переоценивал возможности своего воздействия на ход событий Европе .

В тоже время руководство СССР в первой половине 1950-х гг. ещё не потеряло надежды на возможное объединение Германии. Об этом свидетельствуют два документа. Первый – это появившаяся в 1952 г. нота советского правительства с проектом Основ мирного договора с Германией. Он предусматривал демилитаризацию Германии и вывод с её территории военных сил оккупационных держав а в перспективе – восстановление единства страны. Эти же предложения были повторены в повторной ноте от 9 апреля того же года. Вторым документом является заявление советского правительства, сделанное им в 1955 г. В нём говорилось: «В настоящее время ещё имеются неиспользованные возможности достижения по вопросу объединения Германии с должным учётом законных интересов германского народа и о проведении с этой целью в 1955 году общегерманских свободных выборов. Такие возможности имеются, если будет устранено основное препятствие, стоящее теперь на пути воссоединения Германии, — планы ремилитаризации Западной Германии и её вовлечения в военные группировки…Германский народ путём проведения всеобщих свободных выборов во всей Германии, включая Берлин, должен иметь возможность выразить свою свободную волю, дабы единая Германия возродилась как великая держава и заняла достойное место среди других держав. При этом никакая часть Германии не должна быть связано какими бы то ни было условиями сепаратных соглашений об её участии в военных группировках» , — подчёркивалось в заявлении советского правительства по германскому вопросу в январе 1955 г. В заявлении подчёркивалось также Советское правительство готово принять участие в организации международного наблюдения за проведением свободных выборов в Германии. СССР признавал необходимость проведения переговоров по германской проблеме между великими державами: США, Великобританией, Францией.

В том же 1955 г. новым советским лидером была озвучена концепция, в соответствии с которой, во-первых, объединение Германии объявлялось делом самих немцев, а во-вторых, провозглашалась необходимость при возможном объединении сохранить «социальные завоевания трудящихся ГДР» . Подобная позиция была озвучена на Женевской конференции представителей министров иностранных дел представителей Великобритании, Франции, СССР и США. Разумеется, у западных партнёров подобная позиция советского лидера понимания не нашла. Таким образом, решение проблемы германского единства фактически зашло в тупик. «Советский Союз был против расчленения Германии как одного из главных итогов войны. Но «холодная война» сделала невозможным решение германского вопроса до того, как в СССР началась перестройка», — отмечал впоследствии М.С.Горбачёв, делая вывод, что «последующий раскол Германии был как бы запрограммирован изначально различными подходами государств-победителей» .

Наиболее реалистичным политикам вроде западногерманского канцлера К.Аденауэра уже тогда было понятно, что без наступления международной разрядки объединение обоих частей Германии вряд ли состоится. Поэтому со стороны руководства ФРГ также предпринимались действия, направленные на ослабление напряжённости между сторонами. В том же 1955 г. западногерманская делегация во главе с Аденауэром посетила Москву и добилась восстановления дипломатических отношений между СССР и ФРГ. Вскоре после этого состоялся ответный визит советской стороны в Западную Германию, в ходе которого были достигнуты договорённости о признании и уважении суверенитета ГДР. Несмотря на то, что эти без всякого сомнения важнейшие результаты не привели к быстрому решению проблемы германского единства, они, без всякого сомнения, создали весьма благоприятную почву для этого процесса в будущем (уже в период горбачёвской Перестройки).

Следует отметить, что правительство К.Аденауэра и в дальнейшем старалось придерживаться сбалансированных отношений с советской стороной. В частности, оно отклонило предложение США о размещении на территории ФРГ ракет средней дальности, сочтя этого проект слишком опасным. После ухода со своего поста К.Аденауэра отношения между сторонами ухудшились, хотя в период правления канцлера В.Брандта между СССР и ФРГ был заключён ряд важных договоров (например, Московский договор 1970 г. о взаимном признании установившихся послевоенных границ германских государств и об отсутствии у них каких-либо территориальных претензий как друг к другу, так и к соседним государствам). Важное значение имело и трёхстороннее соглашение 1971 г. по Западному Берлину, в котором стороны – США, Великобритания, Франция и Советский Союз – обязались проводить политику, направленную на снижение напряженности в этом регионе. Это соглашение послужило основой для начавшихся переговоров между ФРГ и ГДР, закончившихся нормализацией отношений между двумя недавними непримиримыми противниками.

«Новая восточная политика оказала влияние и на советскую общественность, способствовала размышлениям о роли демократии для будущего собственной страны, стимулировала критически мыслящие силы, вдохновлённые в свое время ХХ съездом КПСС. Однако спустя лишь годы мы в Советском Союзе по настоящему оценили заложенные в Восточной политике огромные возможности и начали реальное движение навстречу», — вспоминал позже М.С.Горбачёв.

В то же время, несмотря на все достижения «новой политики», отношения между СССР и ФРГ были далеко не дружелюбными. Иначе и быть не могло, ведь в условиях «холодной войны» эти отношения развивались в общих рамках глобального политического и идеологического противостояния между двумя различными системами – социалистической и капиталистической и в целом зависели от состояния отношений между главными противоборствующими сторонами – СССР и США. На Западе, и разумеется, в ФРГ, существовал неистребимый страх перед советской угрозой, в самом СССР – вдалбливаемое в сознание пропагандой недоверие к «империалистическим хищникам», готовым в любой момент развязать новую войну против стран социалистического лагеря.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *